«Escape» Fang Tong, Канада

Серия фотографий «Escape», авторства Fang Tong (Canada), изображает женщину-блондинку со стрижкой каре. В узком красном платье-футляре, в туфлях на высоченных каблуках она путешествует.

Любой женщине ясно, насколько неудобен такой наряд, такую одежду можно надеть лишь с целью кого-то поразить. Но в кадре кроме нее других людей нет.

Она в полном одиночестве стоит, сидит либо движется внутри безлюдных пространств. Вот ее чемодан оставлен на дороге, и она смотрит в сторону красных гор.

Автозаправка заброшена, сквозь асфальт пробиваются сорняки и деревья, а женщина сидит неподвижно под палящим солнцем и чего-то ждет.

В баре она цедит напиток апельсинового цвета из стеклянной бутылочки. Обстановка выглядит так, будто хозяин оставил его на минутку. Горит приглушенно лампа, на стойке ждут пустые бокалы, четверть четвертого на часах. Минута идет за минутой, она по-прежнему совершенно одна. Единственная посетительница.

Ночью она останавливает свою белоснежную большую машину в поле. Небо уже начинает светлеть, дорога черна, к ее блестящим туфлям липнет земля. Она вытаскивает из машины чемодан и смотрит на линию горизонта.

В ближайшем городке женщина замечает автомат для продажи газировки, он не работает. Здесь мы видим ее лицо: красная помада на губах — единственное яркое пятно. В женщине сквозит неуверенность, ее вызывающий сексуальный вид неуместен. Стук каблуков гулко звучит под низкими сводами пустеющих строений.

Приземистое бежевое здание с длинным рядом широких окон отражает ее изящную фигуру. Она брезгливо посматривает на здание. Что там: ресторан, кинотеатр, мебельный магазин? Пластмассовые красные стулья с железными ручками, выставленные наружу, покрыты черными пятнами грязи. Она пожимает плечами и заглядывает в багажник кремового «Falcon».

На улице с магазинчиками, торгующими ювелирными украшениями, цветами, подарками, витаминами и целебными травами, женщина останавливается и поднимает голову к небу. Ее лицо пронизывает легкое свечение, а пальцы правой руки продолжают сжимать ручку чемодана.

Незнакомка приходит к дому, похожему на пряничный домик, цвета обожженной глины. Три этажа громоздятся друг на друге как попало, через крохотные квадратные и круглые окошки ничего не разглядеть. Двери деревянные, на многих облупилась краска. Женщина в задумчивости подходит к двери — та сделана под ее рост. Она не решается зайти.

Женщина с любопытством заглядывает в оконные проемы разрушенного здания: на полу груды битого стекла, доски, баллончик из-под краски. За ее спиной беспорядочно свалены шины.

Она становится вблизи высоких остролистых растений и смотрится на их фоне роскошным и самым ярким цветком.

Вдруг ей становится жутко. Прочь из города. Она бредет по траве, так и не сняв обувь. Каблуки увязают в мягкости податливой почвы. Она видит поле и шестиколесный трактор без водителя. Остановлены гигантские ветряки. В поле ветер играет неубранным урожаем.

Женщина возвращается к трассе и идет, высоко подняв голову и распрямив плечи. Будто и нет в ней никакой усталости. Ее походка легка и пружиниста. Она спешит навстречу неизвестности.

Джед МакКенна «Духовная война»

3 книги спустя я все еще не знаю, как мне относиться к Джеду МакКенна. Я категорически против всей этой хрени с просветлением и убийством собственного «я». Но почему тогда книги Джеда вызывают чувство встречи с хорошим другом, с которым, наконец, можно поговорить о том, о чем нужно поговорить?

Когда Джед встречался с людьми, то произносил, наверное, непонятные для них речи? Если вы читали, то как вы отнеслись к его словам: как к величайшему откровению или как к бреду?

Дело в том, что я читала без удивления и спокойно. Мне было абсолютно понятно (нет, не все, но многое) из того, что говорил Джед.

И я считала, что люди, задающие вопросы или выпендривающиеся перед Джедом, несут полный бред, очевидный бред, я мечтала, чтобы они уже замолчали и не занимали место книги своими глупостями.

Но без них не получились бы и книги. Слепые люди помогали Джеду сказать то, что нужно было сказать.

Вторая книга трилогии «Духовно неправильное просветление», вызвала во мне чувство, когда я смогла найти себя на карте пути, обозначенного Джедом. Я вышла из иллюзии, но продолжала обманывать себя, веселить и развлекать, чтобы только снова стать нормальной, уснуть и не идти дальше.

«Жюстина, или Несчастья добродетели»

Почитала «Жюстину, или Несчастья добродетели» маркиза де Сада.

Графомания какая-то. И скучно: бросила, не дочитав.

Жюстина глупая очень, бесит. Остальные персонажи — клоуны из шапито.

Неужели кто-то всерьез это может воспринимать?

С Жюстиной вновь и вновь повторяется один и тот же сюжет, а она наивно полагает: это нечто новенькое.

Автолизис, Том Вулф, Джед МакКенна, просветление

Прикипела я все ж к Джеду МакКенне. Вторую книгу его читаю, не оторваться. И бесит он меня, и раздражает неимоверно, а интересно.

Потом все у него прочту и из памяти выброшу. Наверное.

Сейчас одна из его «учениц» делает практику автолизиса. Пытается написать хоть что-нибудь истинное. Докопаться до правды под слоями лжи.

Вернее, она давно уже это сделала и даже просветлилась, видимо. Но в книге только сейчас делает. Отправляет Джеду на почту письма, а он их не читает даже. Она перед отправкой письма тоже не перечитывает и не редактирует.

Классный метод. Я от него тащусь.

Вообще странные чувства, конечно, от Джеда. Иногда я думаю, что уже прошла через то, о чем он пишет и что называет просветлением. Однако просветления у меня не произошло, мир стал очень по-другому восприниматься. И назад я уже не могу вернуться никогда, старую роль на себя не натянуть.

В идеале на этом сайте я хочу публиковать истории без подготовки и непричесанные. Публиковать первое предложение и не знать, куда оно меня заведет. Идти по непредсказуемому пути. Туда — не знаю куда. Чтобы найти то — не знаю что.

Еще меня безумно вдохновляет Том Вулф («Конфетнораскрашенная апельсиннолепестковая обтекаемая малютка», «Новая журналистика и Антология новой журналистики», «Электропрохладительный кислотный тест»), мало что может сравниться с его текстами по степени крутости.

От МакКенна до Юнга

Окей, это будет странный пост.

Потому что я начала читать мистическую «Красную книгу» Юнга, а спустя неделю принялась за Джеда МакКенна.

Дурацкий выбор.

Юнг о глубинах, безднах и Боге.

МакКенна о том, чтобы очиститься до нуля и стать просветленным.

Просветление я считаю глупой штукой. Но мысли Джеда меня заинтересовали, нечасто встретишь человека, который настолько честен и безжалостен.

Жажду и ищу эту честность и безжалостность в людях.

Джед МакКенна «Духовное просветление: прескверная штука»:

«Минуты вашего самого глубокого отчаяния на самом деле ваши самые откровенные минуты — ваши самые светлые минуты. Тогда вы видите без защитных линз. Тогда вы срываете занавес и видите вещи такими, какие они есть».

Карл Густав Юнг «Красная книга»:

«Природа игрива и ужасна. Некоторые видят игривую сторону, развлекаются с ней и дают ей блистать. Другие видят страх и покрывают голову и скорее мертвы, чем живы. Путь лежит не между одним и другим, но включает в себя и то, и другое. Это и радостная игра, и леденящий ужас».

«Слово — это магия, оберегающая от демонов нескончаемого, что тащат вашу душу и хотят развеять вас по ветру. Вы спасены, когда можете, наконец, сказать: это так и только так. Вы произносите магическое слово, что изгоняет бесконечность. Именно поэтому люди стремятся к словам и создают их».

В интернете минимум фото Джеда. Если на одном из них реально он, то я увидела изображение дядечки, в глазах которого плещется невероятная свобода.

Однако. В сравнении с Юнгом Джед поверхностен и полон самолюбования.

Да, он плоский.

Юнг невероятный, глубокий и развивающий.

А Джед типа уже пришел. И рассуждает о том, что все вокруг фильм, люди играют роли.

Методика Джеда в том, чтобы максимально упроститься, отбросив все лишнее (а это в его понимании и личность тоже).

Юнг же предлагает работу со сновидениями и полярностями, синтез противоположностей и прочие завораживающие штуки.

Если выбирать между ними, то кого я выберу?

Учитывая, что оба представляют собой диаметрально разные пути развития.

Юнг достигает мудрости баланса.

Джед достигает бессмысленности бытия и равнодушия ожидания конца земного пути. Он развлекается простыми удовольствиями и софистикой.

Конечно, я выбираю Юнга.

Джед плоский и скучный. Никуда он не идет, он уже пришел.

Юнг же глубокий и непредсказуемый.

Май, книги, чтение

Морис Дрюон «Сладострастие бытия»

Воспоминания старой женщины о молодости. Она отправляется в обратный путь, шаг за шагом стирая себя настоящую и двигаясь в прошлое. Заново проживает былое, уничтожая его в своей памяти.

Читая книгу, я думала о двух вещах. Первое: люди слишком болтливы, театральны и пустословием заменяют реальный смысл. Второе: Дрюона буду избегать.

Джон Маррс «The One. Единственный»

С помощью генетического теста люди могут найти пару — ту самую, на всю жизнь. Узнав кто на самом деле их генетический партнер, они не могут противостоять соблазну кинуться в его объятия. И не имеет значения ни пол, ни возраст, ни расстояние. Так рушатся семьи и крепкие вроде отношения, когда люди находят свою генетическую судьбу.

Идея вполне интересная, но реализация поганая (в худших традициях мелодраматизма).

Эдуард Лимонов «Дети гламурного рая»

Журнальный глянец, Лимонов снова рассказывает о себе. К сожалению, меня удалили из друзей за то, что я опубликовала возмутительную цитату из этого сборника.